gototopgototop

Последние комментарии

RSS
Пасха PDF Печать E-mail
Проза - Мисаилова Виктория

 

Любы на Руси народные гулянья. Отмечают их на широкую ногу, потому как всякая русская душа празднику рада!

Калитка со скрипом отворилась, и оттуда выглянула добротная бабёнка в пёстрой юбке.

- Эх, коль пошла такая пьянка, режь последний огурец! - махнула она рукой , гаркнула на всю Ивановскую,- а ну, ребяты, айда ко мне! Сегодня Петровна гуляет!

 

Калитка снова скрипнула, и пёстрая юбка шебурша скрылась из виду. «Что есть в печи – всё на стол мечи», - донеслось со двора.

Скоро... Скоро принесут соседи у кого что есть. Появятся на столе у Петровны из закромов погребных огурчики молосольные, капуста квашеная, грибочки маринованные, а украшением стола будет стоять бутыль самогонки да миска крашеных яиц. Да и грех не выпить. Пасха ведь... Такой праздник, что в этот день и грешников в аду не мучают.

«Иисус Воскресе», - чмокнул парень девицу. «Воистину воскресе», - пропела она дрожащим голоском, смущенно приподнимая реснички. Неугомонные ручейки журчат сквозь грязные проталины, спешат поучавствовать в круговороте жизни.”Галдит детвора за окном, заливается, бьётся ”на спор” яйцами - чье яйцо круче, тот и главный.

Льётся пир рекой, чокаются вместе и друзья и враги. Но Чш... что это вдруг

Петровна притихла? Голову повесила, словно подбитая птица, скрючилась от боли. Вспомнила она давече, как сынок её единственный, её надежда и опора, из армии не вернулся. Видно было, что ни на секунду материнское сердце об этом не забывало. Помянула Петровна стопкой своего Ванютку, вытерла слёзы и затянула.

 

То не ветер ветку клонит,

Не дубравушка шумит -

То моё, моё сердечко стонет,

Как осенний лист дрожит;

 

Извела меня кручина,

Подколодная змея!..

Догорай, гори моя лучина,

Догорю с тобой и я!

 

Подхватили её другие бабы.

Разнеслась песнь по бескрайним просторам русским и услышали её другие люди. И тоже подхватили. И заслышался в ней многострадальный крик всего русского народа.

Отлегло у Петровны. Ни одна она такая.

По воле случая Ольга оказалась на этом застолье. Опечаленная своим девичьим горем, она всё сидела и курила. Вдруг к ней подошла бойкая старушка в расписном платочке.

- Ой, что это с тобой дитятко? Нечай молодец какой обидел? - запричитала она, - Ну, ну успокойся, не береди душу, не дай злыдням устроить праздник на твоей улице. Надо дальше жить. Несмотя ни на что. Дай-ка я тебя обниму.

А Оля только слёзы и вытирает, не в силах сдерживаться.

- Я как молода была,- влюблена была по уши! Был у нас на селе гормонист один,- завела свой сказ бабулька, а глаза так игриво и залукавились,- Ой каки песни пел! Каки песни! Душа кровью обливалася. А красив был! Красив! Как черт! Ой не то слово! Така любовь была у нас, така любовь, что все девки на деревне чут’ с зависти не скукожилис’. А вот жизни у нас не сложилося, разошлись наши стёжки-дорожки. Обманул он меня с девкою крашеною, Клавдией, кажись, звали. Заманила она его в город, а я так здеся и осталлося. Ну да Бог с ним! Некогда мне было горевать-то. Ягодка пригожа, пока спела. Я долго-то в девках не сидила. А чего сидеть-то, раны бередить. Другой посватался. Ну думаю, пора. Одна головня-то и в поле гаснет, а две курятся. Заслал хлопец сватов, родители добро дали. Так мы таку свадьбу отгрохали, что вся деревня потом ещё неделю гудела. Раньше ведь так было. Добрая свадьба неделю празднуется. Ой, весёлое было времечко,- оживились выцветшие глаза старушки и вдруг ни стого ни с сего закончила, - ты тож, смотри, в девках-то не засиживайся. Красна девка, пока молода да не выпита.

- Поздно бабушка, поздно!

Оля пуще прежнего разревелась.

- Чего поздно-то, чего поздно? У тебя ведь жизнь только начинается,- всё никак не унималась старушка.

- Высохла красная ягодка уже. Ничего не хочется.

- Ах вон оно как! - тяжко вздохнула старушка, - Ну тогда поплачь, детонька, поплачь. Может оно так и надо, может легче будет,- ласково приговаривала старушка. И вдруг призадумалась, остановилась и, серьёзно взглянув на Олю, прошептала,- а ты помолись. Бог любящих любит. Помолись, всяко легче будет.

Но Оля всё продолжала реветь, вспоминая накопившиеся обиды и несправедливости. Так отчаянно может реветь только девушка семнадцати лет. Пожилая женщина тихо встала, вздохнула и также незаметно ушла.

А Оля как ни странно вдруг почувствовала облегчение. Обиду как рукой сняло. Может это старушка наколдовала, а может Оля уловила что-то более существенное. Она почувствовала, что нечто очень для неё важное должно произойти там, за стенами дома. Она тут же вскочила, и ноги будто сами понесли её к выходу.

В это время люди и стар и млад высыпались с хат. Все они дружно направлялись в одну соторону – в центр города, к церкви. Кто-то из них просто шёл поглазеть на Крестный ход, а кто и искреенне принять весть о наступлении Светлого Христова Воскресения. ”Бом! Бом!”- созывая людей, на всю округу гремел колокол. Ночь казалось необычной. От толпы людей воздух был словно наколён трепетным ожиданием соприкосновения с Высшей силой, той, что отвечает за жизнь после смерти.

Торжественное шествие вокруг храма свершалось под пасхальное песнопение со свечами, хоругвями, кадильницами и иконой Воскресения Христова.

" Христос Воскресе из мертвых, смертию смерть поправ и сущим во гробех живот даровав!"- доносился громоподобный голос священника из врат Господних. Священник покорно вёл за собой вереницу простых верующих.

Люди шли с трепетом держа свечки, покорно склонив головы, словно слепые овцы за поводырём.

”Христос Воскресе!”

”Воистину воскресе!”

”Христос Воскресе!”

”Воистину воскресе”,- раздавалось на всю округу громогласная перкличка священника с народом.

Оля всё стояла у церковных ворот и всё чего-то ждала. Вдруг она заметила мелькнувший издали силует. До боли знакомый серый плащ. Плащ, как парусник, развевался на ветру, а вместе с ним лавировало и его худощавое тело. Анд. двигался как-то странно, словно пытался сбалансировать по ветру, но у него не получалось.

Анд. шёл от друга. Они засиделись за бутылкой, поскольку было о чём поговорить. Лёха проболтался по пьяной лавочке о том, что Оля, Оля, которую Анд. так хорошо знал и любил, ему изменила. Это как понимать предала?! Анд. не понимал самого себя. Он чувствовал себя разбитым, словно с него выпили все соки. Хотелось плакать, но не плакалось. Хотелось зайти в церковь, но он так и не пристал к новой вере. Все его мысли вертелись вокруг Оли, и он всё пытался их отогнать. Он пытался себя убедить, что не стоит так переживать из-за неё. Что было, то было, ведь они расстались. Но почему-то, чем больше он так думал, тем больше его к ней тянуло.

Анд., как и она, завидел её издали, и как и она, как-то растерялся. Он боялся, что она догадается по его настроению, что он теперь всё про неё знает. Он никак не хотел, чтобы она это знала.

Он сжал руки вкулак, напрягся, превратившись в раскалённый сплошной нерв, и двинул дальше, неумолимо приближаясь к цели. Шаг. Второй. Третий. И вот их взгляды на одном дыхании сошлись, растворились друг в друге и затерялись где-то в дебрях души.

Оля робко на него взглянула. Она словно обращалась к нему с вопросом: ”Ты меня любишь?” Анд. моргнул и это могло означать только ”да”. На мгновение Оля почувствовала бурный прилив сил, словно Бог снова вдохнул в неё жизнь.

Анд. взял её за руки и сказал.

- Пойдём домой. Я жутко устал.

 

Андрей шёл и думал, как хорошо, что они помирились. Он всё понял и больше никогда не уйдёт.

 

Для добавления комментариев, пожалуйста, зарегистрируйтесь. Затем, войдите, как пользователь.

 

Меню пользователя

Авторизация



Кто онлайн

Сейчас 180 гостей онлайн

Лента новостей кино