gototopgototop
Главная Проза Валойса Хелена Арабский любовник

Последние комментарии

RSS
Арабский любовник PDF Печать E-mail
Проза - Валойса Хелена

 

arabian lovers

(Эротический детектив)

До отправления электрички оставалось целых сорок минут. Станция Хельсинки не самое приятное место для ожидания в столь поздний час, в особенности для дамы, которая принарядилась чуть-чуть больше, чем того требует будничная обстановка. Эти кокетливые серые туфельки с зелеными кантом и каблучками я приобрела еще два года назад и заботливо сложила в шкаф на «дозревание». Как и любая бочка с медом, туфельки имели некий привкус дёгтя: они мозолили пятки и потому процесс  «дозревания» сводился к выжиданию пока туфли не выйдут из моды и не будут отправлены восвояси в магазин second-hand.

 

 

Однако зимой мне пришла в голову идея, что в туфли можно обуться и разносить по маршруту офис – копировальная машина – кофе-автомат. Чем я старательно и занималась вплоть до весны, получив от начальства новый проект и повышение зарплаты, хотя денег все равно катастрофически не хватало.  И вот сейчас  маршрут туфлей расширился до Хельсинки, на железнодорожном вокзале которого я  белела в светло-бежевом плаще весенней коллекции, окруженная аурой благополучия и довольства миром. Туфли абсолютно не жали, на дне моей сумки покоилась бутылка шампанского, недопитого на фуршете, а поверх – букет цветов, переподаренный мне виновником торжества  – мужчины предпочитают избавляться от женской атрибутики.

Я отправилась разыскивать автомат, чтобы купить билет, оставляя за собой прозрачный шлейф духов и цокот кокетливых каблучков. Он нашелся через пару секунд, и я озадаченно разглядывала темно-синий глянцевый дисплей чудо-техники.  «Дотронься до меня, чтобы начать», –  сообщила мигающая надпись и я мягко прикоснулась,  раз просят. С нетерпением ожидая, чего еще захочет этот железный ящик, я заметила темную тень на экране и оглянулась. На меня не мигая смотрел стройный арабский юноша лет двадцати двух. Так смотрят маленькие дети, широко распахнув глаза, на разноцветный конвертик с яркими, причудливыми сладостями в руках у красивой тёти. Его глаза были так черны, как самая дивная восточная ночь, а губы пухлы, как бутон раскрывающегося мака. Брюки слегка спадали, и только узкий черный ремень, как змея, плотным кольцом обвивал ложбинку меж ягодиц, загорелые бедра и сильный, плоский живот.

Я замешкалась и поправила челку. Пальцы утонули в белокурых волнах, а бриллиантовое кольцо сверкнуло и отозвалось алчными искорками в его жаждущих глазах. Он стоял так близко, затмевая своей дикой красотой мир, что пути к отступлению уже не было, а только вперед – к блаженному грехопадению.

– Как тебя зовут? – спросила я. Мой голос дрогнул, но я не хотела показывать слабости этому мальчику, который был лишь чуть-чуть старше моей дочери.

– Рони.

«Рони»  –  так девочки называют маленьких лошадок для верховой езды. Они причёсывают черную гриву, поглаживают нежные бока, целуют в милую мордочку и стегают мягкой плёткой, переходя на галоп. Мне захотелось его приручить и поработить навсегда. Раздразнить, поставить плоть на дыбы и загнать в сладостных утехах до испарины, когда кожа так скользка и тела летят в бешеном ритме, а мышцы, истерзанные гонкой, сводит упоительная судорога.

–Мой поезд уже подошел, напиши свой телефон, – быстро проговорил он и поцеловал меня в горячую щеку.

Да, в моей любовной коллекции имелась существенная, но легко поправимая брешь: я была невинна в отношениях с восточными мужчинами. Обычно они слоняются крикливыми стайками по городу, виляя худыми бедрам и привлекая внимания вырезами  до неприличия расстегнутых рубах. Эти вороные чёлки, поставленные хохолком или уложенные старательно гелем на бок, эти огромные очки от солнца, скрывающие дерзкие взгляды, эти плоские груди с черными волосками – это все не для меня.  Однозначно, не для меня, а лишь для коллекции.  Рука чиркнула цифры телефона и в ту же секунду Рони исчез в глубине поезда, подарив на прощанье обворожительную улыбку...

«Шельмец», – пронеслось у меня в голове, – «как раз подходящий тип для осуществления моего плана».

Он позвонил мне вскоре и посетовал:

– Здесь так холодно и скучно, а женщины бледны, неуклюжи и бесчувственны. Я скучаю по Багдаду, очень скучаю! Я поеду туда и не знаю, вернусь ли.

– Приходи ко мне до отъезда, обязательно. Слышишь?

Я ждала его на террасе возле бассейна. Одела свои любимые украшения: крупные бриллианты и тяжёлые жемчуга – ведь только это он желал видеть на моём обнаженном теле, разгоряченным полуденным солнцем, сладким вином и его поцелуями. Он назвал меня своей Шехерезадой, сказочной и страстной. Натёр мои груди маслом имбиря, сжал их властно и отпустил снисходительно, а потом опять сжал, вдохнул пряный аромат и даровал им свободу, наконец захмелев.  Когда соски заострились, как купола «Золотой мечети» Багдада, а нега разлилась, словно  река Дияла, я станцевала ему восточный танец. Я покорила его  своей страстью и когда он изможденный любовными утехами опустился на кушетку, я прилегла рядом и прошептала сказку о тысячи и одной ночи.

Я бессильно провалилась в сладкий сон, необыкновенно беспечный и долгий, и проснулась от свежего прикосновения летнего утра к моим раскинутым бедрам. «Рони, это ты?» – спросила я, но только трель соловьев повисла в свежем воздухе.  Ветерок трепал мои волосы по обнаженной груди, я откинула пряди, рука коснулась прохладной кожи и замерла на том месте, где еще вчера было ожерелье. Оно бесследно исчезло, словно никогда не обвивало мою шею. Я слегка улыбнулась – все шло по плану, прикрылась пушистым пледом и позвонила в полицию сообщить о краже ценных украшений.

Усевшись поудобнее и немного согревшись от глотка красного вина, я стала думать о моем милом мальчике.  Он, наверное, не раз вспомнит обо мне, когда иранские скупщики сообщат, что драгоценности всего лишь искусная подделка. Женщины порой бывают умнее, чем они выглядят – я в самую первую минуту догадалась о его коварном плане и решила использовать его в своем маленьком спектакле. Драгоценности я подменила на фальшивые и  спрятала их в серых туфельках с зеленым кантом, зная что они в тот вечер мне не понадобятся. Они так и простояли на террасе у него под носом. А он, подсыпав в бокал вина снотворного, снял с моей шеи украшения и был таков.  Зачем мне нужно это грешное лицедейство? Женщины частенько нуждаются в деньгах, а  украшения застрахованы мною на значительную сумму. Однако,  я не настолько жестока, как может показаться – я положила в маленький кармашек брюк бриллиантовое колечко, которое частично возместит его расходы и на время отвадит от краж.

 

Для добавления комментариев, пожалуйста, зарегистрируйтесь. Затем, войдите, как пользователь.

 

Меню пользователя

Авторизация



Кто онлайн

Сейчас 109 гостей онлайн

Лента новостей кино