gototopgototop

Последние комментарии

RSS
Игры моего детства PDF Печать E-mail
Проза - Дединский Григорий

Это сейчас, стоишь по полчаса в ожидании лазейки между бесконечно движущимися машинами и чертыхаешься, на чем свет стоит. А лет шестьдесят назад, мы, мальчишки, столько же времени ждали зимой хоть какой-нибудь проезжающий мимо грузовичок. За задний борт которого, можно было зацепиться металлическим крючком или просто рукой, и доскользить до следующего угла. Сейчас бы это назвали экстримом. В подобном катании, понятно, были свои тонкости. Во-первых, надо было следить, чтобы ноги не уехали под колеса, а во-вторых, чтобы шофер, затормозив, не вылез из кабины и не надавал по шее. Впрочем, водителями в те времена обычно работали люди степенные, сами в большинстве своем отцы семейств – эти понимали уличных пацанов.

Лично меня в столь рисковом развлечении не устраивал вид транспорта. Я предпочитал трамвай. Здесь было больше вариантов проверить себя на удаль, смелость и координацию.

Трамвай в пятидесятые годы был в Ленинграде основным видом транспорта. По сегодняшним меркам он выглядел темно-красным сараем на колесах. Площадки (тамбуры) для входа и выхода были открытыми. Номер маршрута обозначался двумя способами: цифрами и разноцветными огоньками. Так, синий и красный цвета принадлежали двадцать седьмому маршруту, а уже красный и синий – четырнадцатому. В темное время суток эти разноцветные фонарики были очень удобны – виделись издалека.

Помню, дождусь, когда трамвай тронется после остановки, в несколько прыжков догоню его, ухвачусь одной рукой за наружный поручень, запрыгну на нижнюю ступеньку и в таком положении лихо еду до следующей остановки. В эти моменты чувствовал себя самим Чапаевым на боевом коне, не меньше. Высшим шиком для нас, пацанов, было не дожидаться, когда трамвай остановится, а за несколько мгновений до этого, оттолкнуться от ступеньки и прыгнуть в сторону дороги. Чтобы при этом маневре не упасть, прыгать нужно было вперед, как бы обгоняя движение вагона, и при приземлении какое-то расстояние пробежать. Мне эти прыжки очень нравились, но закончил я их разом.

Однажды, приземлившись на дорогу и уже остановившись, я почувствовал, что меня кто-то ухватил за воротник пальто. Задрав голову, я увидел лицо в фуражке. Милиционер отвел меня в детскую комнату, куда вечером вызвали отца и там, на месте, оштрафовали. К моему удивлению, дома меня не ругали. Отец только хмуро сказал, что я на месяц лишил семью сливочного масла. Это отцовское уточнение отбило охоту прыгать с трамвая лучше всякой порки…

Чем мы еще забавлялись в детстве?

В подворотне, особенно во время дождя, мальчишки дулись в «пристеночек». Монету ударяешь об стену ребром, и она отскакивает на землю. Монета следующего бьющего при падении должна была лечь так, чтобы ее хозяин, расставив пальцы, мог достать до чужой денежки. Если дотягивался – обе монеты его. Играли долго, так как в основном, деньги переходили из рук в руки. Манило не обогащение, а сам азартный процесс, подогреваемый обязательными легендами.

Вот одна из них.

Серьезные пацаны на кон ставили по сто рублей с каждого. И вот один правильный пацан начал тянуться четвертью от своей монеты к чужой, а не хватает! Он еще тянется, не хватает чуть и все тут! Так он тогда взял лезвие и резанул по перемычке между большим пальцем и указательным. В результате банк оказался у него в кармане.

Если возникал конфликт, для выяснения отношений предлагалось «стыкнуться». До первой крови, но лежачего не бить! Бывало и такое.

Маленькими, до лет десяти, мы играли вблизи своих домов. Игр было много: сейчас мне хорошо помнятся три из них :«штандер», «прятки» и «казаки-разбойники». В первой игре ведущей подбрасывал вверх маленький мячик. Вся остальная компания должна была разбегаться по разным сторонам, желательно, как можно дальше от предполагаемого места падения мяча. Как только ведущий ловил мячик и благим матом орал «штандер!» (нем.), все «застывали» на месте. В кого ведущий попадал пойманным мячом, тот и водил дальше.

Девочки всегда кучевались отдельно и повсеместно играли в «классики». Они мелом чертили на асфальте большие квадраты и прыгали. Прыжок одной ногой на один квадрат, прыжок двумя широко расставленными ногами – на два квадрата. В такие моменты водящая смахивала на лягушку. На последнем квадрате девочка в воздухе поворачивалась лицом к началу и прыгала дальше. Если ей удавалось весь маршрут не «заступить за черту» комбинация прыжков усложнялась. Потом дети уходили, а рисунки «классиков», естественно никто не стирал. И уже поздно вечером, «когда никто не видит», эти квадраты преодолевали старшеклассницы, пытаясь таким образом наверстать свое, пришедшееся на блокаду детство.

А еще девчонки прыгали через длинную веревку, которую крутили с ускорением. Надо было аккуратно войти в крутящий момент, отпрыгать энное количество времени и так же изящно, не касаясь веревки, выпрыгнуть из упражнения. Смотрелось это очень красиво.

Футбол и тогда в Ленинграде был вне конкуренции. Нас, мальчишек соседних дворов, собиралась толпа в человек двадцать. Мы делились на две равные команды и играли, забывая обо всем на свете. В том числе и про школу. Гоняли мяч тут же, на улице, на тротуаре, среди идущих мужчин и женщин. Сколько раз вместо ворот, построенных из кирпичей и портфелей, мяч попадал в окна первых этажей. Хозяин или хозяйка вылетали немедленно, но мы убегали с места боя еще шустрее. Конечно, и прыгающие девчонки, и носящиеся за небольшим резиновым мячом мальчишки мешали пешеходам, но они к нашим забавам относились как-то снисходительно. Сегодня я этот либерализм объясняю лишь одним – послевоенными годами, когда ленинградцы еще не успели привыкнуть к радостным лицам своей ребятни.

 

Для добавления комментариев, пожалуйста, зарегистрируйтесь. Затем, войдите, как пользователь.

 

Меню пользователя

Авторизация



Кто онлайн

Сейчас 84 гостей онлайн

Лента новостей кино